Отказ от мер по сохранению Западных Гат — региона, являющегося «горячей точкой» биоразнообразия, — мягко говоря, неразумен.
Автор: Малини Шанкар
Правительство штата Карнатака совершило серьезную ошибку, отвергнув рекомендации комитета Кастурирангана о присвоении участку Западных Гат (на территории штата) статуса экологически чувствительной зоны. Хотя власти штата и запросили отсрочку на один год для принятия этого решения, такой подход отдает сиюминутностью и нежеланием политического руководства идти на компромисс ради сохранения источников средств к существованию местного населения. При этом правительство ставит под угрозу важнейшие меры по защите живой природы и природных ресурсов — тех самых ресурсов, от которых зависит само выживание людей.
Давление, связанное с развитием инфраструктуры — строительством электростанций, плотин, автомагистралей, промышленных предприятий, школ и колледжей, а также организацией плантаций и добычей полезных ископаемых, — приводит к тому, что все эти объекты размещаются именно в этих уязвимых лесах. Судебное решение по делу «Годхаварман против Союза Индии» (известное также как *Mandamus Continuum* / SC AIR 302/95) было весьма дальновидным, запретив любую деятельность, не связанную с лесным хозяйством, на лесных территориях (причем понятия «лесная территория» и «хозяйственная деятельность» в этом решении трактовались в строгом соответствии со словарными определениями). Еще в 2011 году правительство штата Карнатака, возглавляемое представителем БДП (BJP) Б.С. Едиюраппой, отказалось от включения Западных Гат в список объектов всемирного природного наследия ЮНЕСКО. А теперь, в 2026 году, правительство штата во главе с Д.К. Шивакумаром (представителем ИНК / INC) фактически отвергло эту инициативу, запросив годовую отсрочку для присвоения участку Западных Гат статуса экологически чувствительной зоны. Вместо того чтобы ускорить переселение лесных жителей, этот регрессивный шаг — затягивание процесса придания Западным Гатам статуса экологически чувствительной зоны — лишь законсервирует бедность, не улучшив при этом положение обездоленных людей, живущих в непосредственной близости от исчезающих видов диких животных.
Западные Гаты получили статус «горячей точки» биоразнообразия, поскольку этот экологически хрупкий регион отличается невероятным богатством флоры и фауны, но в то же время крайне уязвим из-за высокого уровня эндемизма. Западные Гаты — это подлинная жемчужина среди обширных и уникальных природных богатств Индии. Эти леса служат водосборным бассейном, обеспечивающим жизненно важные юго-западные муссоны. Они изобилуют жизнью — и речь идет не только о разнообразии фауны. Этот регион, являющийся «горячей точкой» биоразнообразия, служит генетическим резервуаром для всех форм жизни субконтинента и, по сути, связующим звеном между биоразнообразием и истоками сельского хозяйства, а также продовольственной безопасности и полноценного питания.
По имеющимся оценкам, в Западных Гатах произрастает четыре тысячи видов цветковых растений; 1500 из них — эндемики. Из почти 650 видов деревьев, встречающихся в Западных Гатах, 352 (54 процента) являются эндемичными. Западные Гаты отличаются богатой фауной. Среди позвоночных наибольшее число известных видов приходится на птиц (508 видов); за ними следуют рыбы (218), рептилии (157), млекопитающие (137) и амфибии (126). Наибольшая доля эндемиков наблюдается среди амфибий (78 процентов), за которыми идут рептилии (62 процента), рыбы (53 процента), млекопитающие (12 процентов) и птицы (4 процента). Учитывая, что уровень осадков здесь составляет от 2500 до 5000 миллиметров, неудивительно, что в этом регионе берут начало не менее 60 рек. Штат Карнатака, выступающий против присвоения Западным Гатам статуса экологически чувствительной зоны, уже имеет на их территории пять заповедников для охраны тигров. Оставить столь хорошо охраняемые территории уязвимыми для добычи полезных ископаемых или иных видов антропогенного вмешательства было бы не просто кощунством — это грозило бы человечеству серьезными рисками.
Однако сегодня всё это находится под угрозой. К сожалению, этот регион, богатый биоразнообразием, стал ареной для реализации программ развития, последствия которых для лесных жителей зачастую не были должным образом продуманы. Давно пора обеспечить бедствующим лесным жителям достойные условия жизни и доступ к государственным услугам за пределами территорий обитания тигров, где им приходится существовать в непосредственной близости от исчезающих видов диких животных.
Эти леса служат водосборным бассейном для индийских муссонов. В Западных Гатах берут начало более 60 рек. Однако сегодня всё это находится под угрозой... К сожалению, этот регион — «горячая точка» биоразнообразия — превратился в арену для реализации проектов развития, при планировании которых были допущены грубые ошибки. Эти леса играют ключевую роль в формировании режима осадков, приносимых индийскими муссонами. Местные формы жизни — хрупкие, но бесценные — невозможно перенести в другое место; они неразрывно связаны с данным ландшафтом, экосистемой, климатическими условиями и географическим положением. Учитывая уязвимость этой экосистемы, размещение здесь объектов хозяйственной деятельности ставит под угрозу уникальное природное богатство региона. Ситуацию усугубляет позиция властей штатов, которые стремятся получить законодательные исключения, обходящие меры по защите критически уязвимых видов дикой природы и среды их обитания; подобные действия продиктованы политической конъюнктурой и лишены как экологической ответственности, так и элементарной логики. Такое решение выглядит как фактический отказ от защиты интересов дикой природы.
Безусловно, демократия предполагает участие общественности и тщательную проработку решений... В связи с этим был создан специальный комитет для выработки наиболее эффективных подходов....и рекомендации по поиску сбалансированного и устойчивого решения, не ставящего под угрозу необходимость сохранения генетического фонда биоразнообразия. Однако, поскольку политическая воля склоняется к регрессивному антропоцентрическому подходу в ущерб сохранению исчезающих видов дикой природы, подобное противопоставление интересов бесперспективно: столь бездушное отношение к охране природы лишь усугубит конфликт между человеком и дикими животными и приведет к уничтожению водосборных бассейнов, питаемых муссонными дождями. В условиях изменения климата, усиливающего циклы Эль-Ниньо, гнев матушки-природы обрушивается прежде всего на простых людей — в частности, на бедных фермеров, вынужденных кормить миллиардное население субконтинента, в то время как современные демократические «аватары» неолиберализма бездействуют, подобно Нерону, пока горят леса.
Политически выгодные решения, оправдываемые развитием — создание плантаций, строительство инфраструктуры, плотин, автомагистралей, шахт, опор ЛЭП и коридоров энергоснабжения, — прорезают охраняемые лесные территории. Это наносит тяжелый ущерб исчезающим эндемичным видам дикой природы; невозможно предсказать, как эти последствия для фауны проявятся в будущем — в ближайшей или отдаленной перспективе. Политики, находящиеся у власти сегодня, могут уже не занимать своих постов в тот день, когда губач совершит жестокое нападение на несчастного жителя леса или когда еще более уязвимый фермер пострадает от укуса ядовитой змеи на кофейной плантации.
Набеги слонов на посевы требуют либо изменения структуры сельскохозяйственных культур, либо полного переселения людей. Использование взрывчатки при добыче полезных ископаемых наносит огромный вред окружающей среде и местам гнездования или выращивания потомства диких животных, провоцируя их на агрессивные действия.
Эти леса питают все речные системы Индийского полуострова. Помню, как в 2003 году, когда я готовил репортаж для немецкой общественной радиостанции DW, один из жителей заповедника Шеттихалли (штат Карнатака) сказал мне: «Нас переселили в этот лесной район после того, как мы покинули места строительства плотины Линганамакки и ГЭС Шаравати. Здесь нам предоставили права на землю, у нас есть документы о праве собственности; мы — законопослушные граждане, платящие налоги, и никуда больше не переедем. Администрация должна либо переселить диких животных, либо лишить эти земли статуса лесного заповедника. Иного пути нет». Представьте, что, следуя его грандиозным рекомендациям, лесное ведомство переселяет ядовитую змею — например, малабарскую куфию — в густонаселенный городской район. А как быть с остальными звеньями пищевой цепи? Речь не только о добыче самой змеи... как насчет тех, кто охотится на малабарских куфий? Например, королевской кобры. Переселить хищника, охотящегося на малабарскую куфию (королевскую кобру), в густонаселенный район, где теперь обитает эта куфия, — решение совершенно ошибочное и абсурдное. Просто верх глупости!
Ситуация ничуть не изменилась. Если что-то и произошло, так это то, что статус заказника дикой природы Шеттихалли был официально отменен. Почему лесное ведомство пошло на такой шаг? Там, конечно, тут же переложат вину на политиков и чиновников в отставке. «Жителей деревни Линганамакки переселили — или, точнее, просто бросили — в леса за пределами города Шивамогга еще в 1962 году, буквально за день до открытия шлюзов; их привезли сюда глубокой ночью и оставили на произвол судьбы. Более того, территория заказника Шеттихалли частично заходит на земли самого города Шивамогга — административного центра округа. Лишь с рассветом несчастные переселенцы осознали, что их бросили в лесу. Со временем они обосновались здесь, оформили документы на право собственности и платят налоги на недвижимость. Единственным выходом было лишить эту территорию статуса заказника». Чиновники проявляли такое равнодушие, что открыто насмехались над результатами лесной инвентаризации, не испытывая ни малейшего стыда и не задумываясь о грозной силе дикой природы.
Горнодобывающие предприятия, расположенные на территориях, лишенных статуса охраняемых зон, наносят двойной удар: они приводят к необратимому разрушению среды обитания ценных и исчезающих видов диких животных. Когда деятельность, не связанная с лесным хозяйством (например, строительство автомагистралей), рассекает ареал обитания, стада оленей или слонов оказываются разделенными, что становится для них тяжелым потрясением. Этот стресс может, с одной стороны, обострить конфликты между людьми и дикими животными, а с другой — привести к изоляции отдельных групп внутри самого леса. Это влечет за собой близкородственное скрещивание, нарушение половозрастной структуры популяции и ухудшение состояния генофонда, что в среднесрочной перспективе дестабилизирует численность и здоровье местных видов фауны. Всё это происходит потому, что горстка горнодобывающих гигантов, уклоняющихся от уплаты налогов, возжелала получить больше прибыли, не считаясь с суровой реальностью.
«Если говорить о таких важных видах хозяйственной деятельности, как строительство плотин и добыча полезных ископаемых, то главный ущерб наносится самим лесам. Мы теряем огромные лесные массивы: часть уходит под воду при затоплении территорий, а часть уничтожается в ходе горных разработок. Помимо потери лесов, это сказывается и на дикой природе: зачастую перекрываются пути миграции животных. В результате обширные ареалы обитания оказываются раздробленными — по сути, нарушается их целостность. Это ведет к изоляции животных и возникновению близкородственного скрещивания, что, в свою очередь, становится причиной локального вымирания некоторых особо уязвимых видов».«...к такого рода изменениям», — сказал мне в интервью г-н Манодж Кумар, занимавший в то время должность окружного лесничего в заповеднике тигров Дандели-Анши.
Comments
Post a Comment