«Парламент дикой природы» — для смягчения конфликтов между человеком и животными; в этот День Земли...
Автор: Малини Шанкар
Наступил очередной День Земли. Еще один день, когда экологическому делу воздаются лишь пустые почести. Однако реальные проблемы взирают на нас в упор, не находя своего разрешения. Конфликт между человеком и дикой природой остается в центре экологических вызовов, стоящих перед сферой охраны природы; при этом административная беспомощность и политически выгодная нерешительность лишь подпитывают этот конфликт, вместо того чтобы разрешить его.
Познакомьтесь с Бобби Чандом (по прозвищу Бобби Бхай) из округа Найнитал (штат Уттаракханд) — человеком, пережившим нападение тигра, вступившего в конфликт с людьми. Бобби подвергся нападению тигра 17 июня 2022 года, около полудня, в районе Панод-Налла (29°30'27.22" с. ш., 79° 6'48.59" в. д.) на территории Тигрового заповедника имени Корбетта. Он чудом остался жив. Когда Бобби сидел перед строящимся мостом, он и не подозревал о присутствии тигрицы с детенышами, которая, вероятно, переводила своих тигрят в густые вечнозеленые тропические джунгли, начинавшиеся сразу за недостроенным мостом. Сотрудники лесной охраны впоследствии заявили, что в тот момент Бобби находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, что и спровоцировало нападение.
После того как тигр бросился на него, Бобби нашел в себе силы вступить в схватку с хищницей и отпугнуть её — и, слава богу, что нашел, ведь это было единственным шансом выжить в этой смертельно опасной ситуации, хотя сам он к тому моменту был уже едва жив. Обильно истекая кровью, он, совершенно обезумевший от ужаса, но при этом дезориентированный, похромал к ближайшему курортному комплексу в Рамнагаре. Ему пришлось преодолеть около 5 километров через густой лес, двигаясь вдоль края государственного шоссе; именно туда прибыли сотрудники лесной охраны (которых уже успели оповестить) и доставили его в окружную больницу Рамнагара для оказания первой помощи. Позже его перевезли в больницу «Аполло» в Нью-Дели, где две некоммерческие организации взяли на себя оплату его лечения. В результате нападения у Бобби оказалось пробито левое легкое, из-за чего он теперь не может выполнять тяжелую физическую работу, поскольку страдает от одышки. Заместитель директора заповедника тигров имени Корбетта г-н Амит Гвасикоти сообщает: «Г-н Бобби Чандра, сотрудник участка Сарпдули в заповеднике Корбетта, подвергся нападению тигра в июне 2022 года. Сотрудники Лесного департамента немедленно доставили его в больницу Рамнагара, откуда его направили в Кашипур, а затем — в больницу Apollo в Нью-Дели для прохождения специализированного лечения. В соответствии с политикой урегулирования конфликтов между человеком и дикой природой ему была выплачена компенсация в размере 50 000 рупий. Ввиду тяжелых травм и ограниченных физических возможностей он был оставлен в штате департамента и переведен на должность, требующую минимальных физических нагрузок»... — где он в настоящее время работает радистом.
«Работая в Лесном департаменте на должности радиста с ежедневной оплатой труда, я зарабатываю 11 000 рупий в месяц (100,01 евро / 117,74 доллара США) — это ничтожно малая сумма для содержания моей жены, двоих детей, четырех сестер и родителей. Я тружусь в питомнике Лесного департамента с 2018 года, но, несмотря на пережитую мною тяжелую травму, мне так и не предоставили постоянное место работы. По крайней мере, я веду достойную жизнь... невзирая на столь тяжелое увечье и мизерный доход, я не опустился до браконьерства. Несмотря на тяжкие ранения, нанесенные мне тигрицей, и глубокий эмоциональный и психологический след, который они оставили, я не испытываю ненависти ни к тиграм, ни к другим диким животным». Эта тигрица совершила нападения более чем на восемь человек как в самом районе Панод-Налла, так и в его окрестностях; однако поймать её до сих пор не удалось. «Я образованный человек, у меня есть диплом о высшем образовании; неужели, учитывая мою несчастную судьбу, я не имею права претендовать на государственную должность, мадам?» Он спрашивает меня с отчаянием.
Бобби был нанят сельским панчаятом в качестве поденного рабочего на строительство моста через реку Рамганга, которая делит Тигровый заповедник имени Корбетта на две части. Когда он ехал из Дхангархи в Халдвани, на него напала тигрица с детенышами — это произошло прямо у дороги, неподалеку от поста Султан-Чоуки (в районе Панод-Налла), примерно в пяти километрах к северу от окраины города Рамнагар, в непосредственной близости от шоссе штата и совсем рядом со строящимся мостом.
Когда я приехал на это место для предварительной съемки документального фильма и фотографирования, один из проезжавших мимо автомобилистов резко остановился, взглянул на меня и моего водителя и велел нам поскорее убираться оттуда без малейшего промедления, предупредив, что прямо там, где я стою, рыщет тигр-людоед (или тигрица). Таков ужас, который вселяет в окрестности «конфликтный» тигр, что жители близлежащих деревень стараются не выезжать на шоссе штата после захода солнца. Этот страх, возможно, иррационален — особенно если учесть, что на Бобби-бхаи напали посреди бела дня.
Лесники утверждают: несмотря на все теории, которые могли бы выдвинуть Джим Корбетт или Кеннет Андерсон, будь они живы сегодня и попытайся они поймать эту тигрицу-людоедку живой, применение на практике их принципа «выжидания и наблюдения» в нынешних условиях совершенно нереалистично. Один из таких принципов предполагает поиск останков жертвы в густых джунглях и организацию засады в укрытии в ожидании возвращения хищницы к своей добыче. Животное, пришедшее за своим трофеем, должно быть опознано и убито — невзирая ни на освещение, ни на степень разложения трупа, ни на уровень мастерства стрелка. Хищница должна быть убита одним-единственным выстрелом. Иначе раненое животное может стать причиной еще большего числа конфликтных ситуаций......жертвы. Рудрапраягская людоедка, чьи деяния были задокументированы Джимом Корбеттом в книге «Рудрапраягская людоедка», за время своего «царствования ужаса» унесла 123 жизни.
В данном случае Бобби, к счастью, остался жив. Поэтому охота на предполагаемую хищницу становится вдвойне сложной задачей. По его словам: «Меня растерзали; я чудом выжил после этого нападения. Мы ехали вдвоем на скутере по лесной местности вдоль государственного шоссе и остановились возле строящегося моста, чтобы попить воды из реки».
Как утверждает Бобби Чандра, предполагаемая тигрица-людоед напала не только на него одного... «по меньшей мере 8–10 выживших живут теперь в страхе в самом Дхангархи и его окрестностях». Заместитель директора Тигрового заповедника Корбетт Гвасикоти подтверждает: «Да... И благодаря усилиям сотрудников лесного ведомства животное наконец удалось отловить», — что означает: теперь оно содержится в клетке — в зоопарке или центре спасения животных.
Ханумантха Наяка из деревни Мелкамнаххалли, расположенной на опушке Тигрового заповедника Бандипур в штате Карнатака, 10 марта 2010 года отправился за дровами и забрел прямо в логово кормящей тигрицы, находившееся в глубине заповедника на юге штата. Хотя представители лесного ведомства высказывали предположение, что он, возможно, пытался похитить тигрят, жители его родной деревни утверждали, что он пошел в лес исключительно за хворостом. Вопрос о том, зачем он углубился на восемь километров в самое сердце заповедного леса ради сбора дров, так и остался без ответа. Как бы то ни было, тигрица лишила беднягу Ханумантху Наяку возможности умереть с достоинством: разъяренное и почувствовавшее угрозу животное буквально разорвало его тело на части.
16-летняя Лалита Наик из деревни Кумарвада (округ Уттар-Каннада, штат Карнатака) пасла скот, когда, сама того не ведая, задела кустарник в густом лесу, где отдыхала с детенышами медведица-губач. Разъяренная до предела медведица бросилась в погоню за девушкой — почти с мстительной яростью — и жестоко избила ее; в процессе нападения она вонзила свои когти Лалите прямо в рот, разорвав ей челюсть. Чтобы оказать первую помощь истекающей кровью Лалите, ее брату пришлось пробежать «полумарафон» по дикой лесной местности, чтобы привести к месту происшествия автомобиль «Амбассадор», которому предстояло пробираться через усыпанные камнями ручьи и паникующие стада пятнистых оленей. Забрав девушку, им пришлось с большой осторожностью проехать еще около 10 километров по тем же лесным тропам, чтобы добраться до дороги Гунд-роуд. Оттуда оставалось еще 45 километров до клиники доктора Хиремутта в городе Дандели. Получив там первую помощь, Лалита была перевезена в больницу при Медицинском колледже Гоа в Панаджи — столице соседнего штата, которая оказалась гораздо ближе, чем лучшая государственная больница в ее родном регионе. ...штат Карнатака. Вывихнутую челюсть и переломы ключиц ей лечили в больнице Медицинского колледжа Гоа, где она провела в стационаре целый квартал. После завершения интенсивной терапии её отправили домой без выписного эпикриза, поскольку у семьи не было средств для оплаты лечения и реанимационных мероприятий. Без выписного эпикриза она лишилась права на получение какой-либо компенсации через государственные ведомства. Она осталась инвалидом, страдает от невыносимых болей в костях и суставах, не может нормально пережевывать пищу, а душевные раны скрываются за физическими шрамами на её лице…
Мне лично известно по меньшей мере о шести–восьми людях, выживших после нападений медведей на территории и в окрестностях Тигрового заповедника Дандели…
22-летний Аджай Каллу из деревни Бакултала (Северные Андаманские острова) стал пятой жертвой нападений крокодилов на Андаманских и Никобарских островах в 2012 году…
В Тигровом заповеднике Сундарбан каждое человеческое поселение — каждая деревня — может поведать свою историю о выживании… истории о нападениях тигров, крокодилов, пресноводных акул, леопардов и даже пчёл.
В центре внимания проблемы конфликта между человеком и дикой природой оказываются люди, выжившие после нападений слонов, крокодилов, волков, медведей, а также жертвы змеиных укусов; однако случаи нападений крупных кошачьих — леопардов или тигров — встречаются крайне редко.
Другими «серыми пятнами» на этом «зеленом горизонте» являются случаи нападения бешеных собак на гауров в лесных чащах; распространение ветеринарных инфекций диких животных среди людей; угроза гибели и исчезновения для редких видов (например, грифов) из-за использования обезболивающих и ветеринарных препаратов для домашнего скота; вспышки клещевого энцефалита (болезни Кьясанурского леса) среди обезьян-лангуров на особо охраняемых природных территориях — и это лишь некоторые из множества причин и факторов.
В октябре 2025 года на лесных окраинах Тигрового заповедника Бандипур (расположенного в южном штате Карнатака) было зафиксировано три случая гибели людей. Лесной департамент штата Карнатака неукоснительно, «буква в букву», следовал установленным инструкциям и выплатил компенсации семьям погибших в полном соответствии с регламентом. Что еще важнее, сотрудники департамента руководствовались теоретическими принципами, сформулированными такими выдающимися исследователями, как Джим Корбетт и Кеннет Андерсон: они организовали засаду и вели наблюдение в том месте, где было обнаружено тело жертвы, ожидая возвращения хищника; установили фотоловушки для идентификации животного; а также провели анализ ДНК образцов тигриного помета (что стало возможным благодаря современным технологиям). В результате Лесной департамент штата Карнатака заявил, что им удалось «поймать тигрицу-нарушительницу». «Те, кто получил травмы, размещены в спасательном центре, а детеныши выпущены на волю в их естественную среду обитания», — сообщил Кумар Пушкар, главный хранитель дикой природы.
Департамент лесного хозяйства штата Карнатака Поистине провидческим было особое мнение покойного Вальмика Тхапара, приложенное к отчету Целевой группы по охране тигров при правительстве Индии от 2005 года под названием «Соединяя точки» (Joining the Dots). В этом отчете «проводилось расследование и предлагались решения» в связи с «бойней в Сариске» — массовой гибелью 22 тигров в этом ведущем тигровом заповеднике, произошедшей в 2004–2005 годах.
«К сожалению, в своем стремлении найти "вечные решения" для всех проблем, разом обрушившихся на страну, Целевая группа, похоже, утратила фокус своей основной миссии и сбилась с курса, пытаясь разрешить все проблемы неравенства и социальной несправедливости, от которых страдает Индия. В процессе этого интересы выживания тигра отошли на второй план и были упущены из виду. Тезис о том, что существуют обширные территории Индии, где тигры и люди должны быть принуждены к сосуществованию посредством некой "инновационной схемы", предполагающей более активное использование недоиспользуемых лесных ресурсов с привлечением местного населения, не имеет никакого смысла с точки зрения сохранения тигров — особенно в условиях постоянного роста численности людей и домашнего скота. Факт остается фактом: чтобы выжить, каждый тигр должен съедать 50 животных размером с корову в год; и если поместить его среди коров и людей, конфликт станет вечным и непрекращающимся. Тигры продолжают проигрывать в этой борьбе — точно так же, как это произошло в Сариске (и на более чем 95% их прежнего ареала обитания в Индии). Идея продолжения сосуществования на обширных ландшафтах, где тигры процветают экологически, а люди — экономически, представляет собой несбыточную мечту, с которой я категорически не согласен. Подобные грезы не способны спасти тигра в реальном мире. Напротив, такой сценарий обернется "безвыходной ситуацией" для всех участников и приведет к дальнейшему сокращению, а в конечном итоге — и к полному исчезновению популяций тигров. Необходимо в кратчайшие сроки рассмотреть и оперативно реализовать альтернативные подходы, при которых в специально выделенных охраняемых заповедниках приоритет отдается тиграм, а за их пределами — людям. Иного пути не существует. Нынешняя концепция "нового" сосуществования — это утопическая и нежизнеспособная идея, которая не сработает. В этом вопросе у меня нет абсолютно никаких сомнений.
Обвинять строгие природные заповедники и природоохранные законы (где тиграм отдается приоритет) во всех бедах, порожденных бедностью и неравенством и терзающих нашу огромную страну, — значит заниматься бессмысленной полемикой. Эти беды являются следствием провалов в сфере развития, экономики и политики как государства, так и общества в целом; их нельзя с наивной простотой списывать на природоохранных активистов. В этом я также абсолютно убежден». Конечно, нет смысла подсчитывать количество крупного рогатого скота в тигровых заповедниках или охраняемых территориях. Эти заповедники охраняются ради находящейся под угрозой исчезновения популяции – королевского бенгальского тигра и всего его животного мира – как это было задумано покойной премьер-министром Индирой Ганди. Если после восьми десятилетий независимости Индия так и не смогла разработать четкую политику землепользования для человека и животных, это говорит о неспособности понять антропологические приоритеты. Или, может быть, тиграм и всему их животному миру необходимо политическое представительство и право голоса в Парламенте дикой природы?
Comments
Post a Comment